Отклонение от нормы - Страница 47


К оглавлению

47

– Как вперед? Еще дальше в Джунгли?

– Ну да… – сказала Розалинда.

– Ну что ж, из всех дорог эта не самая худшая, – заметил с облегчением Мишель. – А как они с вами обращаются? Грубо?

– Нет. Совсем нет. Для них главное, чтобы мы не убежали. По-моему, они кое-что о нас знают, но не очень ясно представляют, что, собственно, с нами делать… Они долго спорили, но, кажется, их больше интересуют наши лошади… Тот, что едет с нами, совсем не злой. Он все время болтает с Петрой (словами, конечно)… По-моему, он слегка… ну, придурковатый…

– Вы можете что-нибудь разузнать об их планах? Что они собираются с вами делать?

– Я спрашивала у него, но он вроде и сам не знает. Ему только велели нас куда-то отвезти.

– Ну ладно… – Мишель, кажется, и сам был в растерянности. – Нам теперь остается только ждать… Правда, можно сказать ему, что мы за вами гонимся…

Я напрягся и перевернулся на живот. С трудом мне удалось подняться на ноги. Человек, сидящий в другой корзине, посмотрел на меня равнодушно.

– Н-но, пошла! – прикрикнул он на лошадь.

Неторопливо он снял с груди плетеную флягу на ремне и протянул мне. Попив воды, я вернул ему флягу, и он молча повесил ее себе на грудь.

Кое-что я уже различал вокруг. Мы ехали по довольно унылой местности. Громадный лес кончился, и деревья вокруг нас были нормальных размеров. Но даже по первому взгляду мне показалось на мгновение, что отец был прав, когда говорил о пародии на НОРМУ. Ни для одного дерева я не мог подобрать названия: стволы, ветки, листья – все было неправильным. Некоторое время по левую сторону от нас тянулся фантастический частокол из куманики, шипы которой были размером с лопату. В другом месте земля была похожа на высохшее русло реки, усеянное крупной галькой, но когда мы подъехали ближе, «галька» оказалась шаровидными грибами, растущими так тесно, что между ними не было ни просвета, ни щелочки. Встречались деревья с такими мягкими стволами, что росли они не вверх, а стелились по земле. Тут и там попадались сморщенные, искривленные деревца, которым на вид было по сто-двести лет, если не больше…

Я исподтишка глянул на своего провожатого. На вид он был вполне нормальный, разве что весь в грязи. Одежда его была сильно измазана, а местами разорвана. Он перехватил мой взгляд.

– Первый раз в Джунглях? А, парень?

– Да, – сказал я. – Тут везде… так?

– Тут везде по-разному, – усмехнулся он, – на то они и Джунгли… Нигде не растет тут ничего одинакового… Пока что.

– Что значит «пока что»? – не понял я.

– Ну, со временем кое-что становится постоянным. Ведь и Дикая Земля тоже была когда-то Джунглями. Но теперь она постепенно приходит в норму. Видно, и те места, откуда ты родом, тоже были когда-то вроде Диких, но постепенно пришли в норму. Все со временем становится на свое место… Только медленно… Ну, да ведь Богу-то торопиться некуда…

– Богу? – неуверенно протянул я. – Но нас всегда учили, что в Джунглях… сам дьявол…

– Ну да, они так всегда говорят, – перебил он меня, – только все это чушь, парень! Дураки вас учат! Остолопы! Ничему их Кара не научила! Ведь Древние тоже думали, что они самые правильные. Считали, что только они знают, как надо жить… Напридумывали себе всяких удобств, разных там штуковин… Хотели быть поумнее Бога, – он усмехнулся, – а ничего не вышло, парень! Они думали, что сами лучше всех, дескать, последнее слово Божье… Но Бог еще последнего слова не сказал! А когда скажет, сам умрет… Но пока что он не умер, и потому все вокруг меняется – все, что живет и растет. Когда ваши кретины хотят, чтобы все застыло на каком-то, по-ихнему, нормальном уровне, они много на себя берут… Много берут на себя, ты понял, парень? Кара ведь постигла Древних не зря, а чтоб помнили: ничего нет вечного, все меняется и должно меняться… Господь увидел, что дело не туда пошло, ну и стер все – авось, мол, в следующий раз выйдет лучше… – он помолчал немного, словно обдумывая то, что сказал, потом продолжал – Не до конца, правда, стер, кое-где опять то же самое получается… Скажем, там, откуда ты родом… Там ведь опять думают, что они, мол, самые правильные… Ну, да ничего! Он им еще покажет!…

Я слушал его молча и думал о том, что когда-то говорил мне Аксель. И впрямь все везде считали, что именно они точно знают мысли и планы Божьи, словно он им лично о них рассказывал. Мой собеседник тем временем никак не мог успокоиться. Он широким жестом обвел весь пейзаж вокруг нас, и тут я неожиданно увидел его отклонение – на правой руке у него не хватало трех пальцев.

– Когда-нибудь, – сказал он торжественно, – из всего этого что-то выйдет. Все будет новое! Кара была хорошей встряской, чтобы начать все иначе… Они там, у вас, дождутся новой Кары, помяни мое слово, – выпалил он, точь-в-точь, как старый Джейкоб…

– Но… зачем же нужна новая Кара? – собравшись с мыслями, спросил я.

– Да за тем, что ваши, как и Древние, на каждое изменение налагают запрет… Они ведь считают себя совершенством, кретины! Говорят: «Мы – образ и подобие Божье…». Выходит, по-ихнему, путь окончен? Все? Приехали? Дальше дороги нет? Но ведь это же ересь, парень? Ведь они из жизни хотят выжечь саму жизнь!

Услыхав про «ересь», я понял, что опять столкнулся с каким-то очередным вероучением, и мне стало скучно. Я решил перевести разговор на дела житейские и попытаться выяснить, почему они нас связали и куда тащат? Но он и сам ничего не знал толком и твердил лишь, что так всегда поступают поначалу с теми, кто вторгается в пределы Джунглей. Я немного поразмыслил над его словами и связался с Мишелем.

47